НА ПУТИ К МЕЧТЕ АЛХИМИКОВ И 'ХОЛОДНЫХ ЯДЕРЩИКОВ'

Пятнадцатилетние исследования спектра космических гамма-квантов дали неожиданный результат, приоткрывающий механизмы ядерного туннельного эффекта и ключ к управлению им.

В 1987 году лаборатория “Гамма-телескоп” Северо-Кавказского НИЦ Ядерных Исследований приступила к выполнению серии экспериментов, целью которых явилось исследование энергетического распределения фотонов космического излучения, достигающих земной поверхности [1]. В качестве избирательных структур рентгеновского и низкочастотного участка гамма-диапазона использовались одно- и многослойные фильтры на основе летучих солей тяжелых металлов и легких газов.

Неожиданные результаты были получены на установке, заполненной химически беспримесными водородом и фторидом вольфрама WF6. Температура и давление в газовой камере поддерживались на постоянном уровне (Т @ 308 К, Р @ 101 кПа). Счетчик g-квантов, расположенный за фильтром, регистрировал большее (!) количество фотонов по сравнению с аналогичным контрольным счетчиком, регистрирующим природный g-фон; коэффициент избыточности составлял 1.0005 - 1.003 (среднесуточное значение).

Вплоть до завершения многолетнего цикла регистрации доминировала гипотеза фоторасщепления ядер вольфрама и фтора жесткой гамма-компонентой [2]. Счетчик при этом мог фиксировать вторичные прямые и запаздывающие g-кванты (в результате распада неустойчивых осколков ядер), кванты позитронно-электронной аннигиляции (высвобождение нейтронов при дроблении ядер с последующим распадом нейтронов по схеме слабого взаимодействия), что косвенно подтверждалось расчетами.

Однако экспертиза химического состава вещества детектора, выполненная после десяти лет его работы, свидетельствовала не в пользу гипотезы фоторасщепления.

При тщательном исследовании химического состава газовой фракции фильтра были обнаружены примеси неона и фторида рения ReF6 в концентрациях, существенно превышающих возможные их концентрации на момент начала эксперимента.

На подобной же установке, где вместо водорода был использован гелий, аномалий ни в подсчете g -квантов, ни в химическом составе вещества после завершения соответствующего этапа исследований обнаружено не было.

Величина кинетической энергии, которая достается “средневероятному” протону после взаимодействия с наиболее энергичными квантами (продуктами распада мюонно-мезонной компоненты), еще недостаточна для преодоления кулоновского барьера ядра фтора, а тем более ядра вольфрама [3] . Но экспериментальные результаты фактически указывают на протекание реакций нуклеосинтеза.

Возможно, в данном случае имеет место явление, связанное с ростом сечения подбарьерного перехода под действием внешнего возбуждения ядра (гамма-квантом, мюоном, либо релятивистским электроном). Принципиально не исключена из рассмотрения и гипотеза, согласно которой каталитическое действие на межъядерное туннелирование нуклонов могут оказывать особенности структуры электронных оболочек (характерные, к примеру, для границ раздела разнородных сред). В руках непредвзято настроенных исследователей может оказаться новый арсенал неканонических представлений о сильном взаимодействии, применимый в разнообразных практических целях (дополнительные возможности нуклеосинтеза, упрощение процесса получения ядерной энергии, и пр.).

Автор: И.О. Бондаренко, А.Г. Гальперин, Ю.Н. Залевский, О.В. Зайцев, Н.Ю. Муковоз

Контакт: zzcw@mail.ru

По материалам сайта sciteclibrary.ru